События РВИО г.Сочи Российского Военно-Историческое Общество Сочинское отделение

К истории закладки первого русского укрепления на территории Большого Сочи (18 июня 1837 года)

0 Комментарии
398
8-06-2021

18 июня 1837 года на территории Большого Сочи было заложено первое русское укрепление, наименованное св. Духа, в память дня, в который сделан был десант на мыс Адлер (7 июня 1837 года). На страницах актов Кавказской археографической комиссии это событие подробно описано.

День Святого Духа отмечается на следующий день после Троицы,которая отмечается на пятидесятый день после Пасхи, т.е. 20 июня в 2021 году, поэтому в понедельник 21 июня будет праздноваться день Святого Духа


Отношение барона Розена к графу Чернышеву, от 10 июня 1837 года, № 138.

После отношения моего к в.с., от 2 июня 1837 года № 127, о действиях войск, употребляемых со стороны Абхазии под личным моим начальством, имею честь сообщить следующее.

На 3 июня 1837 г., в 12 часов ночи, эскадра под командованием контр-адмирала Эсмонта, состоявшаяся из 11 разного ранга военных судов и транспортов, а также 6 купеческих судов, мною зафрахтованных, снялась с якоря и при слабом попутном ветре с NW и с малым изменением в направлении, то усиливаясь, то ослабевая, продолжался до 7 июня. Лавируя под сим ветром, эскадра 6 июня в час по полуночи достигла высоты мыса Адлер. По совещанию моему с контр-адмиралом Эсмонтом отправлена вдоль берега шхуна Гонец и на ней Генерального Штаба подполковник Норденстам, для выбора места высадки. При сем поручено было командиру этой шхуны Гвардейского Экипажа лейтенанту Истомину сделать промер для определения мест, где можно стать судам на якорь. По приближении шхуны к берегу, горцы открыли ружейный огонь из завалов и окопов, вдоль берега устроенных, и, не взирая на выстрелы из орудий, продолжали стрелять, пока шхуна, исполнив данное ей поручение, не отошла от берега. При сем неприятель потерпел от наших ядер и картечи; на шхуне-же кроме нескольких пуль, пробивших паруса, никакого вреда не было. 7 июня, при благоприятном ветре от SO, эскадра, приблизясь к берегу, построилась в боевую линию в 250 саженях от оного и, бросила якорь на глубине от 5 до 10 саженей, спустила все гребные суда в числе 41, для высадки десанта. Между тем во время спуска сих судов, а также при посадке на оные войск и высадке их на берег, прямо на неприятельские окопы, открылась во всей эскадре сильная канонада. Меткие выстрелы морской артиллерии, разрушившие окопы, скоро заставили толпы горцев оставить оные и скрыться в лес. Между тем гребные суда, вооруженные фальконетами, подходя с первой частью десанта к берегу на близкий картечный выстрел, открыли по лесу сильный огонь, который рассеял горцев по всему лесу, так что войска при выходе на берег встречены были из оного слабым ружейным огнем. Начальник штаба Высочайше вверенного мне Корпуса ген.-м. Вольховский, коему я поручил начальство над десантом до прибытия моего на берег, сойдя с первою частью десанта, занял опушку леса застрельщиками 4 батальона Мингрельского егерского полка и милиционерами Гурийскими, Имеретинскими и Мингрельскими в числе 150 человек, подкрепив при этом застрельщиков еще одною ротой того-же батальона.

Пользуясь чрезвычайно густым лесом, поросшим высоким бурьяном и колючкой, горцы приблизились к нашей цепи и завязали сильную перестрелку. Тут ген.-м. Вольховский подкрепил егерей и милиционеров еще тремя ротами того-же полка. Между тем вторая, а потом и третья части десантных войск, одна за другою, были благополучно высажены на берег. Прибыв на оный со второй частью, я нашел, что цепь наша и милиционеры, подкрепленные, как выше сказано, тремя ротами егерей, опрокинув неприятеля и стремительно преследуя оного, встретили новое сопротивление в большом завале, устроенном впереди аула, находящегося при самом выходе из леса. Старший адъютант вверенного мне корпуса, Нижегородского драгунского полка капитан Альбранд, бывший в цепи, и начальник Имеретинской дружины подполковник князь Церетели, командовавший всеми милиционерами, мужественно остановили горцев, бросившихся в рукопашный бой на шашках, и при помощи подкреплений отразили онах, но не имея ни приказаний, ни возможности захватить аул, соединили застрельщиков, и в должном устройстве отступили чрез пересеченный оврагами и заросший колючкою лес, отражая сильные натиски превосходного в числе и ожесточении неприятеля.

В то время, когда неприятель в превосходных силах встретил егерей и милиционеров близ аула, ген.-м. Вольховский приказал ген.-м. Эспехо подкрепить их пятью ротами Тифлисского егерского полка, с двумя единорогами горной артиллерии и кегорными мортирками, действия которых картечью и гранатами заставили горцев прекратить перестрелку и вовсе оставить лес. После этого, по высадки второй части десанта, ген.-м. Симборский отправлен был с батальоном Грузинского гренадерского полка и саперной ротой вдоль берега моря к устью р. Мзымта, для занятия лагеря в двух верстах от места высадки, куда, по соединении егерей и милиционеров, последовал весь десант, к которому присоединился и сводный батальон, составленный контр-адмиралом Эсмонтом из морских экипажей, под командой отличного капитан-лейтенанта Путятина, который командовал также всеми гребными судами и вел оные с десантом к берегу. Во время следования ген.-м. Симборского к упомянутому устью реки, горцы начали заводить из леса перестрелку, но несколько картечных выстрелов, из горных единорогов заставили их замолчать и скрыться. Место, назначенное мною для лагеря при устье Мзымты, я нашел совершенно удобным, даже и для устройства Высочайше предположенного укрепления.

Таким образом Высочайшее указание приведено мною в точное исполнение. Мыс Адлер, служивший для большей части обитателей северной покатости Кавказа привольным местом к произведению деятельной торговли с турками и других вредных для нас сношений, особенно в последнее время, занят нашими войсками без значительных потерь, которая заключается убитыми в 4 обер-офицерах и 11 нижних чинов и ранеными 34 нижних чина; сверх того убито Мингрельского ополчения 1 князь, милиционеров разных милиций 3, и ранено Имеретинской дружины 1 сотенный командир, милиционеров разных милиций 9.

Покорнейше прошу в.с. при докладе Г.И. всего здесь мною изложенного донести до Всемилостивейшего сведения Е.И.В., что успехом в исполнении Высочайшей воли, как при покорении Цебельды, а равно при занятии мыса Адлер, я особенно обязан неутомимой деятельности начальника Штаба вверенного мне Корпуса ген.-м. Вольховского, который с известной его предусмотрительностью содействовал мне, сколько в приготовлениях к начатию Высочайше повеленной экспедиции, равномерно и к приведению в исполнение всех видов и предначертаний для оной. При сем я долгом считаю иметь честь присовокупить в.с., что усердие, исполнительность и храбрость ген.-м. Симборского, начальника артиллерии Кавказского Отдельного Корпуса Козлянинова и управляющего Имеретией Эспехо достойны всякого внимания и похвалы; равным образом все вообще штаб- и обер-офицеры и нижние чины действующего со стороны Абхазии отряда в полной мере оправдывают давно уже заслуженное войсками Отдельного Кавказского Корпуса имя храбрых, опытных и неустрашимых.

При сем я не могу не изъяснить, что успешному занятию мыса Адлер, а следовательно, и точному исполнению с моей стороны Высочайшей воли, я в полной мере считаю себя обязанным главному начальству Черноморского флота, изыскавшему неожиданным для меня образом средство к соединению на Сухумском рейде достаточного числа  военных судов для поднятия десанта. Равным образом считаю себя обязанным и контр-адмиралу Эсмонту, в полной мере мне содействовавшему, как при посажении на суда войск и нагрузке на оныя снарядов, продовольствия и разных других запасов, так и при высадке моей на мыс Адлер под прикрытием весьма успешно действовавшей морской артиллерии. Сверх того, считаю долгом свидетельствовать о рвении и усердии не токмо командиров военных судов, но и всех прочих морских штаб- и обер-офицеров, старавшихся во всех случаях предупреждать наималейшие в чем-либо затруднение и способствовать к спокойствию сухопутных войск, что в особенности доказывается попечением, какое было принято о раненых на всех тех судах, на кои они свезены были; морские-же нижние чины не только не считали для себя тягостными труды, которым они подвергались, но, напротив того, изъявили даже сожаление, что они не могли в полном своем числе участвовать с храбрыми солдатами Кавказского Корпуса в сражении против горцев на материке.

Контр-адмирал Эсмонт 10 июня отправился со всеми военными и зафрахтованными судами частью в Сухум-кале, а частью в Бомборы, для доставления на мыс Адлер остальных войск отряда, а также заготовленного на дальнейшее время продовольствия, разных материалов для построения укрепления и всех прочих тяжестей.

Засим имею честь сообщить в.с., что я приступил уже, с 8 июня, к расчистке места для укрепления вырубкой огромных деревьев и непроходимой колючки, что сопряжено однако-же с особенным затруднением, ибо горцы ежедневно делают нападения на передовые мои цепи и посты и тем заставляют по несколько раз в день прекращать предпринятые работы.

В окончании я прошу в.с. при докладе Г.И. подробностей, здесь мною изложенных, повергнуть Е.В. и всеподданнейший рапорт мой, при сем препровождаемый, о занятии мыса Адлер, который я полагал-бы назвать по имени Е.И. Выс. Генерал-Адмирала и шефа Грузинского гренадерского полка Константиновым, т.к. Грузинский гренадерский полк с флотом участвовал при покорении сего мыса .

Всеподданнейший рапорт барона Розена, от 11 июня 1837 года, № 139.-Лагерь на мысе Адлер.

Высочайшая воля В.И.В. исполнена. Мыс Адлер 7 июня мною занят; Абхазский отряд военных судов, под командою контр-адмирала Эсмонта, высадил войска В.И.В. благополучно, под прикрытием морской артиллерии, раззорившей устроенные вдоль берега неприятельские окопы. Весь десант был разделен по числу гребных судов на три части застрельщики первой части при занятии мыса были встречены сильным ружейным огнем. Потери наши незначительны, а неприятель понес сильный урон. Войска Отдельного Кавказского Корпуса и в сем случае явили пример обычной им неутомимости, храбрости и мужества .

Отношение барона Розена к графу Чернышеву, от 11 июня 1837 года, № 141. – Мыс Адлер.

Впоследствии отношения моего к в.с., от сего числа № 138, о действиях отряда, находящегося под личным моим начальством, имею честь сообщить следующее

8 июня производилась с судов выгрузка на берег разных тяжестей, принадлежащих десантному отряду. Войска приступили к вырубке леса, расчистке пространства, находящегося пред морем, и устроили батареи впереди и по флангам лагеря. Для батарей сих, кроме артиллерии, состоящей в отряде, потребованы мною временно 6 орудий с военных судов.

9 июня войска продолжали расчистку леса и занялись приготовлением инструментов, необходимых при устройстве укрепления; также в разных местах начаты опыты выделки сырцового кирпича, из которого по Высочайшей воле предназначено, в случае возможности, устроить в Адлерском укреплении здания для гарнизона.

Рассветом, чрез поляны, простирающиеся пред цепью, вдали проходили партии конных и пеших горцев в направлении аулов, лежащим по горам близ лагеря. В 11 часов значительная толпа конных и пеших показалась на пушечный выстрел от лагеря в виду оного и, не взирая на действия двух горных единорогов, приблизились к левому флангу цепи, открыла сильную с нею перестрелку. Ген.-м. Симборский, командовавший впереди, для поспешного рассеяния толпы сей, поставил два легких орудия, но горцы, не взирая на введение в боевую цепь резервов и огонь артиллерии, продолжали свои нападения. Для удержания их я послал к ген.-м. Симборскому  сводный морской экипаж в количестве 100 человек под командой мичмана Лихцева и из находящихся при мне разных племен 20 чел. Азиатцев, поручив их, образовавшемуся в Павловском Кадетском Корпусе из Тагаурцев, состоящему по кавалерии корнету Кундухову. Части сии, а равно и посланные мною еще два горных единорога достаточно усилили цепь нашу, подкрепленную, сверх того, по приказанию моему, еще одной ротой Тифлисских егерей. Дерзкие натиски неприятеля с заметной с его стороны потерей были приостановлены; но когда посланный ген.-м. Симборским на левый фланг цепи, находящийся при нем на тот раз адъютант мой гвардии-капитан Врангель выдвинул тот фланг на выгоднейшую позицию, то неприятель в рассеивании отступил на дальнейший пушечный выстрел, а потом и совсем скрылся в горы; преследовать-же горцев в подобных случаях нет возможности, ибо при войсках имеются лошади генеральских, штаб-офицерских и адъютантских 10, артиллерийских 20 и казачьих 18, всего 48 лошадей. В перестрелке сей ранено у нас 5 человек нижних чинов и 2 милиционера. Явившийся ко мне еще в Сухум-кале с покорностью один из здешних старейшин, по приказанию моему, посылал своего подвластного для собрания сведений о намерениях неприятеля. Этот человек, по возвращении своем, объявил мне, что потеря у горцев 7 июня была весьма значительна, но числа убитых и раненых у них не мог узнать, а между убитыми горцы оплакивают потерю пяти главнейших своих князей и трех старшин, пользовавшихся больших у них уважением. Не взирая однако-же на потери, они не перестают помышлять о враждебных против нас предприятиях. К ним собрались старшины и князья из соседних горских племен для совещания и взаимно поклялись совокупными силами сопротивляться нам до последней возможности и в обеспечении сего обязались друг другу выдать аманатов.

10 июня, из сведений, полученных с военных судов, мне было известно, что вчера вечером горцы партиями до 50 человек каждая, пробирались вне пушечного выстрела по берегу ея; потом скрылись в густоте леса. Партий таких насчитано было около 10. Я приказал усилить на ночь резервы цепей левого фланга горной артиллерией и иметь в готовности легкие орудия. В 5 часов утра из леса, простирающегося по всем левому берегу р. Мзымта, противоположном лагерю, горцы открыли по матросам, наливавшимся водою, ружейный огонь, но действие орудий с брига Аякс, стоявшего на якоре на правом фланге лагеря, и выстрелы посланной туда команды, скоро заставили их замолкнуть.

В 10-30 часов утра толпа неприятеля до 400 чел. Показалась против нашего левого фланга. Ген.-м. Симборский, которому я поручил командование всей передовой части войск, выдвинув в цепь 4 горных единорога, открыл по ним огонь; но горцы, не взираю на сие, пользуясь пересеченной местностью, приблизились на ружейный выстрел к цепи левого фланга. Тут батарея наша была усилена посланными мной двумя легкими орудиями. Сильный картечный огонь и подкрепление цепи левого фланга передовых войск посланной мной ротой егерей, вынудили неприятеля, потеряв в виду нашем много убитыми и ранеными, поспешно отступить на расстояние до 400 сажень закрыться деревьями и кустарниками; но и тут, поражаемый навесным действием гранат, он совершенно скрылся в ущелья. Все дело сие продолжалось не более двух часов. Судя по оставшимся следам крови и обломкам разметанного оружия, должно полагать, что потери неприятеля значительны.

С нашей стороны в сей перестрелке ранено нижних чинов 5, милиционеров 2.

К вечеру неприятель снова начинал перестрелку, без всякой для нас потери. В этот день войска по прежнему заняты были расчисткой места, как для укрепления, так и для открытия пространства перед лагерем .

Отношение барона Розена к графу Чернышеву, от 26 июня 1837 года, № 224. – Анапа.

После отношения моего к в.с., от 11 июня 1837 года, № 138, о действиях отряда, состоящего под личным моим начальством, имею честь сообщить следующее.

11 июня войска продолжали расчистку леса и заготовление материалов и разных принадлежностей для предстоящих работ при укреплении и начали устраивать редут для обеспечения фронта позиции и прикрытие цепи, в продолжении 9 и 10 июня подвергавшейся весьма сильному нападению неприятеля; для обеспечения правого фланга лагеря, прилегающего к быстрому и глубокому рукаву р. Мзымты; предпринято устройство моста на лесистом острове, на котором горцы начали появляться и могли нас беспокоить. Употребленные для сей работы с сухопутными командами матросы из сводного флотского батальона оказали здесь отличное усердие они, следуя примеру командовавшего ими 37-го экипажа лейтенанта Безобразова, с опасностью жизни, переплыли реку для укрепления на противоположном берегу канатов при начале работ.

12 июня продолжались те-же работы и начата, по утвержденному мною плану, трассировка крепости на очищенном от леса месте. Проходившая издали, впереди цепи, партия горцев, начинала перестрелку без всякой для нас потери, но один артиллерист, самовольно удалившийся за цепь к р. Мзымта за водой, был убит выстрелом из леса с противоположного берега.

С утра 13 июня в воскресный день людям дан был отдых, но с 4 часов по-полудни они продолжали прежние работы.

В этот день возвратилась часть судов, посланных в Бомборы, для доставления остальных войск и разных тяжестей отряда.

Сего-же числа ночью возвратился Самурзаканский князь Эмухвар из села Геча, лежащего по направлению Гагр, в 8-ми верстах от лагеря. Его я секретно посылал туда морем к родственнику его, одному из почетных тамошних старшин Ахмед-Аслан-бею Геча. Он, по приказанию моему, объяснил ему требования нашего правительства и старался склонить его действовать к убеждению здешних горцев изъявить покорность нашему правительству. Аслан-бей, с своей стороны, обещал употребить все старание для внушения соседственным своим единоплеменникам о необходимости покориться, но к склонению жителей самого Адлера находил затруднение. При сем он сказал, что многие старшины, пользовавшиеся особенным в народе уважением, погибли в делах 7, 9 и 10 июня. Здесь также узнал кн. Эмухвар, что горцы адлерские, осведомились о движении части отряда сухопутно от Сухум-кале к Бомборам и, полагая, что эти войска предпримут движение на Адлер чрез Гагры, собрав соседние к ним племенами до 1500 человек, отправились для занятия Гагринского хребта; но увидев с берега, что последние войска следуют морем, предприняли обратное движение и большая часть их разошлась по домам.

14 июня возвращавшиеся от Гагр партиями горцы, проходя в отдалении мимо лагеря, заводили несколько раз перестрелку с нашей цепью, без всякой с нашей стороны потери.

Убеждения посланного мною Эмухвара не остались без последствий. Около 2-х часов по-полудни из толпы горцев подъехал один человек к цепи и просил выслать кого-либо знающего кабардинский язык. Я послал к нему состоящего по кавалерии корнета Кундухова, чрез которого Убыхский старшина Беярслан Берзеков и один из старшин здешних горцев изъявили желание явиться ко мне для личных объяснений. По  прибытии сих старшин, обласкав их, я объявил им требования наши от покоряющихся горцев; объявил им выгоды, которыми пользуются покорные народы, сохранение неприкосновенности их религии, обычаев и пагубные для них последствия оного. Берзеков, убежденный моими увещаниями, дал обещание немедленно отправить своих людей в домы и обнадеживал, что по возвращении своем он постарается склонить Убыхов, обитающих в горах за р. Сочи, к изъявлению покорности. Он, вместе с старшиною, обещал также употребить старания к увещанию здешних жителей прекратить враждебные против нас действия и покориться; но между тем объявил, что они мало надеются на успех своих советов, и в особенности потому, что соседние горцы настаивают, чтобы они сопротивлялись нам до последней возможности.

15 июня явился ко мне проживающий на мысе Адлер черкесский старшина Сулейман-Хасан, который был захвачен нашими крейсерами, находился несколько месяцев на службе в Финляндии и по ходатайству Турецкого правительства возвращен на родину. Старшина сей прибыл ко мне с несколькими другими для узнания требований нашего правительства. Когда я ему объяснил Высочайшее одобренные условия для горцев, он дал мне обещание стараться склонить своих соотечественников к изъявлению добровольной покорности, но на обещание его, равно как и на данное Берзековым, полагаться нельзя, и сие тем более, что на черкесском берегу находятся два английских агента, которые сильно подстрекают вражду к нам горцев и продолжают делать им нелепые внушения. В числе сих агентов, известного Белля нет, но по сведениям, у меня имеющимся, он должен еще находится где-либо на берегу близ Трепизонда, откуда и изыскивает средства прокрасться мимо наших крейсеров к берегам Черкесии. В сей день под вечер несколько горцев, приблизившихся к левому флангу нашей цепи, завели с нею перестрелку без всякой с нашей стороны потери.

15 числа кончен редут, устраиваемый пред центром позиции; прочие-же работы продолжались своим порядком.

16 июня продолжались работы и к вечеру окончен мост чрез главный рукав Мзымты.

17 июня возвратился контр-адмирал Эсмонт из Сухум-кале, с судами туда посланными и доставил последние войска действующего отряда, находившихся в Абхазии, подвижной госпиталь и разные тяжести, принадлежащие войскам, некоторые строительные материалы, инструменты и значительное количество продовольственных припасов.

В этот день кончена работа и трассировка укрепления.

18 июня, по совершению молебства в присутствии войск действующего отряда и части флотских экипажей, я заложил, с приличною сему случаю церемонией, укрепление, наименованное оное св. Духа, в память дня, в который сделан мною десант на мыс Адлер.

Утвердившись таким образом с полным успехом на мысе Адлер, заложив на оном укрепление, обеспечив действующий отряд продовольствием почти до сентября и открыв даже некоторые сношения с горцами, я, признавая присутствие мое не столь нужным в отряде, отправился на пароходе Язон для обозрения всех укреплений наших по восточному берегу Черного моря; отряд-же поручил ген.-м. Симборскому и предписал ему довершить Высочайше назначенные в нынешнем году предприятия против горцев.

Предприятия состояли

1) в решительном покорении Цебельды;

2) в усовершенствовании береговой дороги к Абхазии от Сухума до Бомбор и, если можно, то и до Гагр, и

3) в занятии на севере от Гагр одного или двух якорных мест.

Из сих предприятий первое, как известно в.с. из отношений моих о предприятиях в Цебельде, приведено мною с совершенным успехом в исполнение. Разработкой дороги в Абхазии войска занимались по мере возможности до начатия действий против цебельдинцев. Мыс Адлер также мною занят. Посему я предписал ген.-м. Симборскому.

1) Окончить заложенное мной укрепление с необходимыми для гарнизона помещениями и, если соседние горцы не изъявят покорности, то истребить ближайшие аулы.

2) Обозреть к северу от мыса Адлер берег Черного моря до р. Сочи, для избрания на сем пространства удобного пункта для укрепления. Обозрение это, для избежания потерь в людях, я разрешил произвести морем, т.к. глубина оного позволяет в хорошую погоду подходить а берегу на довольно близкое расстояние, и  

3) По позднему времени, в которое может быть окончено укр. св. Духа, находя весьма неудобным приступить к сооружению в нынешнем году второго укрепления за Гаграми, и особенно к возведению в оном для помещения гарнизона зданий осенью, обыкновенно весьма дождливо у восточного берега Черного моря, я предписал ген.-м. Симборскому, по окончании укрепления на мысе Адлер, с отрядом отправится морем в Сухум-кале или Бомборы заняться разработкой дороги в Абхазии. Причем я вменил в обязанность ген.-м. Симборскому ко времени Высочайшего прибытия в Фанагорию всеподданнейше донести прямо Е.И.В. о том, в каком месте будет находится действующий со стороны Абхазии отряд во время Высочайшего обозрения восточного берега Черного моря, но полагаю удобнейшим соединить оный при Сухум-кале, так как в Сухумской бухте осенью надежнее и удобнее приставать к берегу; на открытых-же Бомборском и Адлерском рейдах, не только при волнении моря, но и при небольшой зыби, нельзя выйти на берег от сильного прибоя .

Отношение графа Чернышева к барону Розену, от 4 июля 1837 г., № 278.

Государь Император, усмотрел из доставленного командующим войсками Кавказской Линии и в Черномории журнала военных действий отряда за Кубанью, что заложенное при устье р. Пшада укрепление названо Константиновским, Высочайше повелеть соизволил именовать укрепление это Ново-Троицким, так как мыс Адлер по предложению вашему назван уже Его Императорским Величеством мысом Константиновским.

Материал подготовил заместитель председателя Совета Сочинского отделения Российского военно-исторического общества, к.и.н. Таран К.В.

5.0
Запись обновлена: June 08, 2021 09:19 PM
Похожие статьи : Деятельность Комитета обороны города Сочи в период оккупации Краснодарского края (1942-1943) Встреча депутата Государственной Думы России с общественниками г. Сочи Победа русского флота под командованием адмирала Ф.Ф. Ушакова при Калиакрии (31 июля 1791 г.) Городское хозяйство Сочи в годы Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. Сочи в годы Великой Отечественной войны Боевые действия на Сочинском и Лазаревском направлениях (август 1942 г.) Боевые действия Сочинского отряда в Сухумском военном отделе (1877 г.) Вооруженное восстание в Сочи и спад революционного движения (7 декабря 1905 г. – 2 июля 1907 г.) Первая российская революция. Сочинский округ. Часть II (17 октября - 27 декабря 1905 г.) Поисковики нашли останки безымянного красноармейца
святого_духа_адлер_барон_розен_константиновский

Пока нет комментариев...

Оставить свой ответ на запись

Ваш email адрес не будет публиковаться.